Пластическое уродство по русски...

Часть населения достигла того уровня благосостояния, при котором люди готовы выкладывать сотни долларов не только за здоровье, но и за красоту. Уже для тысяч наших соотечественников подтяжка лица, изменение формы носа, откачка жира с «проблемных мест» и многое другое стало делом обыденным. История пластических операций в России начиналась романтически. Для подтяжек лица в Париж регулярно ездила любимица советской публики Любовь Орлова. Ее поездки туда были окутаны пеленой таинственности, в стране строящей коммунизм люди не должны были знать, что звезда экрана пользуется последними достижениями буржуазной медицины. В конце советской эпохи, с открытием железного занавеса в европейские клиники устремились десятки представителей шоу-бизнеса. Основными направлениями миграции звезд стали Швейцария, Франция и Германия. С развитием рынка в России стали создаваться свои платные отделения пластической хирургии. А в последнее время как грибы после дождя растут частные клиники, где вам на полном серьезе обещают сделатьи не хуже, чем у Бритни Спирс. За наших звезд и обычных граждан можно было бы только порадоваться, если бы не одно «но». В российской действительности пластическая хирургия имеет и оборотную сторону медали, выражающуюся в огромном числе врачебных ошибок и искалеченных пациентов. В 2002 году великосветская тусовка полнилась слухами о неудачно подтянутых веках Валерия Леонтьева. После операции знаменитый певец якобы даже был вынужден спать с открытыми глазами, а также постоянно закапывать в них увлажняющие растворы. Наша газета полтора года назад писала об омолаживающих уколах, которые изуродовали телевизионную ведущую Оксану Пушкину. После случившегося звезда хотела снять специальную передачу о некомпетентности пластических хирургов. Говорят, что инсульт актрисы Натальи Гундаревой в 2001 году тоже был вызван неудачной операцией по омоложению. Впрочем, эти случаи стали известны только благодаря тому, что фигурирующие в них люди – звезды. Хотя российский шоу-бизнес в отличие от западного отнюдь не спешит рассказывать о своих достижениях на ниве омоложения. Истории простых пациентов, пострадавших от отечественной косметологии редко попадают на страницы газет или модных журналов. Официальной статистики неудавшихся косметологических операций в России просто нет. Однако, ранее в прессу просачивалась характерная информация - около 10 % гражданских дел по поводу некачественного лечения возбуждается после пластических операций. Точное число неудачно прооперированных не берутся назвать даже специалисты, потому что далеко не всякий человек идет судиться. Причин неудачного старта этого вида индустрии красоты в России всего две. Кроме повышения уровня жизни, который породил несоразмерно высокий спрос на косметологию, есть причина профессионального характера. Эксперты московского Комитета здравоохранения комментировали этот вопрос для печати и сходились во мнении, что основная причина – некомпетентность специалистов. В косметологию с началом бума на омолаживающие операции потянулись все, кому не лень. Бывшие гастроэнтерологи, стоматологи и другие не профильные косметологии специалисты после 2-3 недельных курсов повышения квалификации становятся уже дерматокосметологами. Заведующий кафедрой судебной медицины Московского медицинского стоматологического университета Гурген Пашинян на XII Национальном конгрессе «Человек и лекарство» в апреле 2005 года привел ужасающие цифры. До 90 % проверенных судебными медиками дерматокосметологов не имели базового образования по специальности. Если сравнить ситуацию, например, с упоминавшейся уже Швейцарией, то окажется, что даже относительно дорогая европейская страна по многим параметрам обходит Россию. Парадокс, но для россиян в Швейцарии оперироваться проще и безопасней. В альпийской республике догадались свести клиники разной направленности в единые комплексы, где вас сразу обследует на всё на свете и тут же начнут лечить. В Москве, не говоря уже об остальной России, ситуация диаметрально противоположная. Больничных комплексов мало, часто пациентам приходится ездить в разные концы города, чтобы сдать анализы или получить консультацию специалиста. Конечно, многофункциональных больничных комплексов (МБК) в России становится всё больше. Нынешняя реформа здравоохранения среди своих приоритетных направлений выделяет строительство МБК, но когда и сколько их будет, неизвестно. В Швейцарии, как и во всем цивилизованном мире, принято говорить пациенту правду, не скрывая неприятных диагнозов и противопоказаний к пластическим операциям (сахарный диабет, некоторые виды опухолей и сердечно-сосудистых заболеваний). Россия же и сегодня отчасти наследует советский принцип: пациент ни в чем не разбирается, поэтому "пугать" его страшным диагнозом не стоит. У частных клиник мотивация может быть иной - ради прибыли о противопоказаниях к оперативному вмешательству вам могут не сказать. Нельзя утверждать, что подобные вещи никогда не происходят в той же Швейцарии или США, но там действует эффективная система контроля за медициной со стороны страховых компаний. Страховщикам совсем не охота разоряться на выплатах по страховкам искалеченных клиентов. В России договорные отношения в сфере пластической хирургии только начали развиваться. По этой причине за границей стараются провести полное обследование пациента старше 35 лет. К этому возрасту у человека почти наверняка имеются какие-нибудь хронические болячки. С другой стороны надо перестраховаться от противопоказаний. Среди обязательных процедур: обследование на предмет раковых заболеваний, функциональная проверка сердечно-сосудистой системы, диабетический контроль, полное обследование врачами-специалистами и прочее. У нас такая практика не стала повсеместной из-за разрозненного расположения специализированных клиник. Швейцарцы, зная слабые стороны нашей медицины, активно способствуют привлечению клиентов из России. В той же Москве, например, работают представительства швейцарских клиник. Дело даже не в Швейцарии как таковой. Вместо нее можно было привести примеры организации пластической хирургии в США или Австралии, но результат все равно оказался бы не в пользу России. Нигде в цивилизованном мире невозможно вмешательство пластического хирурга без заключения договора, а в родном Отечестве такое случается. Нигде при двух одинаковых обследованиях вам не поставят два разных диагноза. Почему-то считается, что оперироваться в России выгодно по цене. Но, как свидетельствует практика, цены на омоложение в России в связи с бумом почти сравнялись с европейскими. И все же у московских косметологов с началом высокого сезона в сентябре время расписано до апреля-мая. Возможно, нас ждет новая волна исков к российским пластических хирургам.